Русский канон:
Симаков 1882 и Грабарь

Что было до этого эссе

Цикл «Архитектура как музыка» девять эссе подряд опирался на книги, к которым можно отослать читателя по названию и году. Палладио — «Четыре книги об архитектуре», Венеция, 1570. Альберти — «De re aedificatoria», 1485. Витрувий — «De architectura», I век. Корбюзье — «Le Modulor», 1948. С восточной стороны: Маямата (VIII–IX в. н. э.), Манасара (II–VII в.), Брихат-Самхита (VI в. н. э.). С каждым из этих текстов работают академические переводчики Оксфорда, Йеля, Сорбонны, Эколь Норматьель.

А русская ветвь до сегодняшнего дня держалась у меня на одной опоре — древнерусских саженях Всемера, реконструированных в XX веке А. А. Пилецким с числовыми значениями по А. Ф. Черняеву. Сажени дают модульную систему пропорций: двенадцать единиц длины, связанных золотым сечением и квадратными корнями. Эту часть метода я разобрал в эссе II.

Но пропорции — это только числовой каркас. У Витрувия кроме чисел есть учение о пяти ордерах, об акустике, об идеале человеческой фигуры. У Палладио — семь идеальных пропорций комнат. У Маяматы — пять модусов высоты и иконометрия. У Манасары — колонны и размеры. Это академически зафиксированный канон, кодифицированный в трактате.

А где у Руси кодифицированный канон XIX века? Этого вопроса до недавнего времени я себе не задавал. Жил с ощущением, что русская архитектурная мысль рассеяна по этнографическим записям, рисункам Стасова и Билибина, реставрационным работам Грабаря. Что атласа уровня Палладио у нас нет.

Оказалось — есть.

Что такое Симаков 1882

Полное название — «Русский орнамент в старинных образцах ткани, эмали, резьбы из дерева и кости, обронное, чеканное и литейное дело». Автор — Николай Симаков. Издатель — Общество поощрения художников, Санкт-Петербург, 1882. Содержит четырнадцать цветных литографий с текстом.

«Общество поощрения художников» — это не частное издательство. Это академическое учреждение, основанное в 1820 году под покровительством Императорской семьи. Оно собирало и систематизировало образцы русского декоративного искусства как справочный материал для художников, архитекторов, ремесленников. То есть Симаков — это академический атлас образцов, изданный с государственной академической поддержкой. Аналог тому, чем для европейской архитектуры был Палладио или Гваринни.

В состав четырнадцати литографий входят семь разделов декоративного искусства, заявленных в названии:

• старинные ткани (вышивка, шёлк, парча);
• эмаль (XVII век — оклады, бляхи, подвески);
• резьба из дерева — главный раздел для архитектуры;
• резьба из кости;
• обронное дело (объёмная резьба по металлу);
• чеканка;
• литейное дело.

Для домовой и храмовой архитектуры главные четыре листа — резьба по дереву. Лист второй: резная пластина с виноградом и аканфом, красно-зелёно-белая палитра — прототип причелин фронтонов и щипцов. Лист шестой: четыре типа балясин. Точёные, с медальоном, с растительной резьбой, геометрические. Это прямые образцы для перил террасы и балкона. Лист восьмой: семь типов резных бордюров для карнизов, фризов, лобовых досок. Лист двенадцатый: переплетающиеся растительные орнаменты на красно-зелёно-золотом фоне — академическая палитра, к которой позже придёт Виктор Васнецов в Абрамцеве.

PDF полного издания общественное достояние, легально доступен на Internet Archive (запись russkii ornament v starinnykh obraztsakh). Скачайте — и откройте лист шестой. То, что вы увидите, и есть тот самый канон балясин, который сегодня я применяю в собственном доме.

Стасов 1872 — предшественник Симакова

За десять лет до Симакова, в 1872 году, то же Общество поощрения художников издаёт первый выпуск серии «Русский народный орнамент. Шитьё, ткани, кружева». Составитель — Владимир Васильевич Стасов (1824–1906), крупнейший русский художественный критик и историк искусства, член-корреспондент Императорской Академии наук.

Стасов планировал серию из нескольких выпусков. Первый о текстиле, второй должен был быть о резьбе по дереву, третий о гончарстве. Вышел только первый — 78 цветных таблиц народного орнамента. Второй и третий не были изданы. Эту пустоту в академическом охвате декоративного искусства десять лет спустя и закроет Симаков, расширив тему до семи разделов сразу.

То есть Стасов — это русский Прохоров: тот, кто заложил академическую традицию изучения народного орнамента. Симаков — тот, кто её продолжил и расширил до полной справочной системы. Оба — под академическим грифом Императорского общества поощрения художников.

Грабарь 1909 — академическое осмысление

Через четверть века после Симакова, в 1909 году, в московском издательстве И. Кнебеля выходит первый том «Истории русского искусства» под редакцией Игоря Эммануиловича Грабаря (1871–1960). Том посвящён архитектуре допетровской эпохи. Это уже не атлас образцов, а аналитическая монография — 534 страницы текста с иллюстрациями.

Грабарь предполагал двенадцать томов с тремя тысячами иллюстраций. В 1909–1916 годах вышло пять. Они и стали основным академическим источником по русской архитектуре, на который опирается отечественное искусствоведение до сих пор. Том первый, об архитектуре, сегодня хранится в открытом доступе на Internet Archive и на сайте Президентской библиотеки имени Б. Н. Ельцина.

Для моего метода Грабарь играет роль, схожую с ролью Палладио для европейского классицизма. Он не создаёт канон с нуля — он систематизирует уже существующий. Объясняет, чем северное деревянное зодчество отличается от московского каменного, чем псковская традиция от ярославской. Даёт типологию изб, церквей, колоколен. Это академическая карта русской архитектуры, без которой невозможно говорить о «русском стиле» осмысленно.

Абрамцево и Талашкино — практика на академическом основании

Между Симаковым 1882 и Грабарем 1909 в русской архитектурной жизни происходят два события, прямо связанных с тем, что мы делаем сегодня.

Первое — основание столярной мастерской в Абрамцеве в 1885 году на базе плотницкой школы для крестьянских детей, существовавшей с 1876. Усадьба принадлежит Савве Ивановичу Мамонтову, промышленнику и меценату. Художественным руководителем мастерской становится Елена Дмитриевна Поленова (1850–1898) — сестра художника Василия Поленова. Главным консультантом — Виктор Михайлович Васнецов (1848–1926).

Wendy R. Salmond в своей монографии «Arts and Crafts in Late Imperial Russia: Reviving the Kustar Art Industries, 1870–1917» (Cambridge University Press, 1996) показывает, что именно Васнецов убедил Поленову использовать в мастерской её рисунки крестьянских предметов и образцы народной резьбы. Это решение определило весь художественный язык неорусского стиля — от мебели Абрамцева до Теремка во Флёнове.

Второе — основание мастерской в Талашкине под Смоленском в 1900 году княгиней Марией Клавдиевной Тенишевой (1858–1928). Художественным руководителем приглашён Сергей Васильевич Малютин (1859–1937). В 1901–1902 годах Малютин строит Теремок во Флёнове — деревянный павильон-сруб на высоком каменном основании, в котором соединены формы поздневизантийского зодчества и народной деревянной архитектуры. В 1905–1908 годах рядом возводится храм Святого Духа с мозаиками Николая Рериха на фасаде.

Абрамцево и Талашкино — это русское ответвление европейского движения Arts and Crafts, которое в Англии возглавил Уильям Моррис в 1860-х. Связь не косвенная. Сэлмонд напрямую сопоставляет программы Абрамцева, Талашкина и мастерских Морриса. Цель у всех одна: вернуть ремесленнику профессиональный статус, художнику — связь с народной традицией, заказчику — честный продукт.

Структура русского канона

После сегодняшнего эссе у русской ветви моего метода три академических источника — симметрично западной и восточной части цикла:

Три уровня, три полюса. У каждого свой Витрувий, свой Альберти, свой Палладио. Русская колонка перестала быть короткой. С этого момента я могу честно говорить: «русская ветвь метода опирается на сажени Всемера, Симакова и Грабаря» — и каждый из этих источников можно достать с полки и проверить по странице.

Терминология, без которой нельзя

Чтобы говорить о русской архитектуре академически, нужно различать три термина, которые в популярной речи часто смешивают.

«Русский стиль» — официальное архитектурное направление 1830–1880-х годов, связанное с именем Константина Тона и государственной идеологией Николая I. Внешне напоминает византийскую и допетровскую традицию, но это в основном фасадная декорация, наложенная на стандартный плановый каркас. К этому слою относится Большой Кремлёвский дворец и Храм Христа Спасителя в первоначальном варианте.

«Неорусский стиль» — направление 1890–1910-х годов. Уже не государственное, а частное. Не имитация форм, а возвращение к принципам деревянного зодчества и народной резьбы. К нему относятся Абрамцево, Талашкино, Теремок Малютина, Марфо-Мариинская обитель Щусева, Казанский вокзал Шехтеля. Это и есть русское ответвление европейского Arts and Crafts. Именно эту традицию я продолжаю в собственных проектах.

«Псевдорусский стиль» — оценочный термин XX века для «русского стиля» официозного периода. На премиум-сайте архитектора этот ярлык лучше не использовать. Он несёт суждение, а не описание.

Тонкая разница между «русским» и «неорусским» стилями подробно разобрана в академической монографии Е. И. Кириченко «Русский стиль», Москва, Галарт, 1997. Это второй после Грабаря базовый источник для любого, кто работает с традицией.

Что это значит для собственного дома

Мой дом в Николаеве (см. эссе VII) построен в 2018–2021 годах. Простой компактный объём, два этажа плюс мансардный световой фонарь, горизонтальная обшивка медового цвета, красная керамическая кровля. Декора пока нет — только основа.

С сегодняшнего эссе у меня есть три первоисточника, на которые я могу опереться при добавлении русского декора:

• Симаков 1882, лист 6 — четыре типа балясин как образец для перил будущей террасы и балкона.
• Симаков 1882, лист 8 — семь типов резных бордюров как образец для подзора карниза и причелин щипцов.
• Грабарь, том 1, «Архитектура» — общая теория русского декоративного объёма, разделение поволжской, северной и сибирской школ резьбы.

Палитра — академическая русская XIX века: тёплая охра стен, светло-вишнёвая резьба, золотые медальоны центральных полотенец фронтона, красная керамика кровли. Это палитра Симакова листа 12 (переплетающиеся орнаменты на красно-зелёно-золотом) и палитра Васнецова в Абрамцеве. Не моё изобретение — академическая норма позднеимперской русской декоративной мысли.

Стилистически я нахожусь в круге Абрамцева–Талашкина. Не «русский стиль» Николая I, не народная изба, не сибирская объёмная резьба. Неорусская усадебная архитектура рубежа XIX–XX веков, опирающаяся на академический канон Симакова и Грабаря.

Замыкание цикла

Цикл «Архитектура как музыка» начинался год назад как поиск общего знаменателя между Палладио, саженями и индийскими шастрами. Девять эссе спустя я нашёл его — это числа гармонии. Малая терция 6:5, большая терция 5:4, кварта 4:3, квинта 3:2, септима 7:4, октава 2:1. Эти же числа в Витрувии и Маямате, в Альберти и Брихат-Самхите, в Корбюзье и Манасаре, и в двенадцати саженях Всемера.

Десятое эссе закрывает структуру. Запад — Восток — Русь. По три источника на каждый полюс. Девять академических трактатов, к каждому из которых можно отослать читателя по названию и году.

Это уже не «моя интерпретация» и не «авторский метод», нуждающийся в защите. Это сводка проверяемых фактов, которые я систематизировал в единую рабочую структуру и применяю в своих проектах. Желающий может взять любой из девяти источников, открыть конкретную страницу, проверить цитату. Метод шести традиций пропорций перестал быть гипотезой — он стал инструментом.